«Фигаро здесь, Фигаро там…»
Иногда нам бывает стыдно. Не буду перечислять причины, их хватает. Хотя, одну из них все-таки назову – из-за отсутствия определенных знаний по каким-либо классическим темам. Конечно, вникнуть досконально в каждую – никакой жизни не хватит. Тем не менее…
Это я к тому, что сегодня исполняется 240 лет со дня премьеры оперы Моцарта «Свадьба Фигаро» по одноименной пьесе Бомарше. 1 мая 1786 года венский Бургтеатр рукоплескал этому произведению. Любопытно, что два первых исполнения проходили при непосредственном участии самого Моцарта, находившегося за клавесином.
Наверное, практически каждому мало-мальски интересующемуся музыкой человеку известны слова: «Фигаро здесь, Фигаро там…». Это ария оттуда, естественно, после перевода на русский язык.
Самодеятельная постановка: чего там только не было намешано!
Я тоже с детства помню эти слова, относящиеся к необыкновенно энергичному, остроумному и находчивому герою оперы, почти что пройдохе и плуту, первоначально парикмахеру, затем слуге графа Альмавивы. Одним словом веселый чувачок, в свое время, в середине семидесятых, ставший точкой опоры в нашей самодеятельной постановке, где попутно были вплетены какие-то гангстерско-детективные фрагменты собственного сочинения.
Но, к своему, стыду я только совсем недавно узнал, что в классическом произведении Бомарше, имевшем еще и массу театральных версий, все закручено на существовавшем в Средние века правиле так называемой первой ночи, когда землевладелец или феодал после заключения супружества зависимых крестьян проводил первую ночь с невестой. Фигаро как раз-таки и находился в подобной малорадостной ситуации, намереваясь жениться на такой же, как и он, служанке Сюзанне, нравившейся графу.
Пока мы глядим на их лица…
Где-то в самом начале 2000-х годов спектакль «Свадьба Фигаро» был поставлен в нашем Могилевском областном театре. Тогдашняя театральная «звезда» Александр Пьянзин в этом спектакле участия не принимал, но, помню, во время какого-то разговора пытался меня в этом отношении просветить. Но сделать подобное ему не удалось из-за моей тогдашней легкомысленности. А это говорит о том, что можно быть замечательным актером, но отнюдь не таким же крутым педагогом. Саша это прекрасно знал и ничуть не комплексовал по такому поводу. Он просто на протяжении трех с половиной десятков лет всецело отдавал себя службе в нашем драмтеатре, за что зрители были ему благодарны.
Думаю, что, если вы не нашли в этом материале возможность хоть чем-то расширить свой кругозор, то уже появление в его контексте фотографий наших старых товарищей, некоторые из которых (тот же Саша Пьянзин, Женя Колтунова, Вася Овчинников) безвременно нас покинули, можно будет занести в актив. Ведь пока мы глядим на их лица, пока о них помним, они как бы среди нас. А в какой роли – это уже не так важно.
