Однажды в Могилеве. «Генсеки умирают, в стране траур, а у нас свадьба…»

1635
Евгений БУЛОВА. Фото автора и из архива Бориса Шрейбера.
Благодаря циклу «Однажды в Могилеве» мы продолжаем наше путешествие во времени и пространстве, вспоминания всевозможные события прошлых лет, не забывая при этом наших товарищей.

От студенческого ансамбля – к «Голубому экспрессу» и далее по маршруту

Иногда происходит так, что ты испытываешь необыкновенно радостное чувство, глядя на какую-то старую фотографию своих друзей молодости. Но тут же тебя накрывает грусть оттого, что товарищи, увы, уже окончили свой жизненный путь. К сожалению, человек смертен.

Витя Белик, Игорь Левченко, Борис Шрейбер, Саша Лущенков. Все замечательно! Жизнь прекрасна! Начало 1980-х годов.
Витя Белик, Игорь Левченко, Борис Шрейбер, Саша Лущенков. Все замечательно! Жизнь прекрасна! Начало 1980-х годов.

Так и с этим снимком четверки молодых людей, музыкантов, которые, как видите, шествуют в одном из могилевских скверов (если точнее – неподалеку от площади Орджоникидзе): Витя Белик, Игорь Левченко, Борис Шрейбер, Саша Лущенков. У них отличное настроение, они молоды и жизнерадостны, в их городе замечательная погода.

Правда, пообщаться сегодня можно только с Борей, так как Виктор, Игорь и Сашка уже там, на небесах, где все время сияет летнее солнце...

Естественно, мы встретились с Борисом Шрейбером, чтобы вспомнить события того незабываемого времени.

Борис Шрейбер (слева) с друзьями молодости. Могилев, двор Алика Кузькина, 2018 год.
Борис Шрейбер (слева) с друзьями молодости. Могилев, двор Алика Кузькина, 2018 год.

– Боря, ты же ведь заканчивал «машинку», а каким образом произошло пересечение с музыкой?

– Да, в 1975 году я поступил в машиностроительный институт на специальность «Строительные и дорожные машины». Но перед этим окончил музыкальную школу по классу фортепиано. В «машинке» сразу же познакомился с Таней Ложечниковой, которая занималась всей самодеятельностью вуза.

Татьяна Ложечникова на сцене актового зала ММИ, 1970-е годы.
Татьяна Ложечникова на сцене актового зала ММИ, 1970-е годы.

– А с какой музыки ты начал свою творческую активность?

– Сразу с рок-музыки. Любимая группа «Deep Purple», любимый музыкант – их клавишник Джон Лорд. Если так можно сказать, я воспитывался на «Deep Purple». Вспоминаю, как мы снимали музыку «на ухо», включая магнитофон с записью на медленную скорость. И, пусть порой косо-криво, но что-то получалось.

Юра Довиденко, Виктор Белик, Игорь Беляев, Борис Заставнюк, Игорь Левченко: копай, пока молодой! Могилев, 1980-е годы.
Юра Довиденко, Виктор Белик, Игорь Беляев, Борис Заставнюк, Игорь Левченко: копай, пока молодой! Могилев, 1980-е годы.

– Кто входил в ваш первый ансамбль?

– Вначале я играл в клубе металлургического завода. Был такой, теперь там разместился магазинчик. Играл на гитаре, но какой из меня гитарист... А вот уже в институте на факультете у нас был неплохой состав: Витя Брикс играл на гитаре, я – на клавишах. Леня Бобрицкий (он сам из Бобруйска, сейчас в Америке живет) на – барабанах. Преподаватели иногда просили нас на их новогодних корпоративах поиграть, в институтской столовой, что была напротив кафе «Березка». Конечно, все это помогало сдавать какие-то зачеты, экзамены. Потом, когда уже подошли к диплому, на последнем курсе, к нам подтянулись Игорь Левченко, Боря Заставнюк. Позже играл на ЖД в «Голубом экспрессе», в ресторане «Днепр»… Когда Валера Стрельцов предложил перейти в ДК «Химволокно», я откликнулся на его предложение и проработал там больше года.

Голодный музыкант – плохой музыкант. За банкетным столом.
Голодный музыкант – плохой музыкант. За банкетным столом.

«Жаль, что их уже нет с нами»

– Насколько мне известно, весьма знаковый отрезок твоей музыкальной карьеры приходился на банкетный зал, что по улице Челюскинцев, теперь там «похоронное бюро»...

– Да, мать Игоря Левченко заведовала банкетным залом, тогда там был просто Дом быта, относившийся к фирме «Рассвет». Начали мы в нем играть с 1981 года и отработали аж 10 лет! Я, Юра Довиденко, Игорь Левченко, Заставнюк, позже пришел Витя Белик, который моментально стал нашим фронтменом. Кстати, мы одними из первых начали играть на цыганских свадьбах.

Возле банкетного зала по улице Челюскинцев. Могилев, 1980-е годы.
Возле банкетного зала по улице Челюскинцев. Могилев, 1980-е годы.

– А в чем для музыкантов особенность таких акций?

– Цыгане платили значительно больше. Если так свадьба стоила, к примеру, 100 рублей на ансамбль, то цыгане давали в 5, 6, 7, 8 раз больше. Но и требования были значительно выше. Выходит, значит, какой-то родственник и говорит: «Я даю молодым 100 рублей», а потом кивает в нашу сторону: «Пусть музыканты сыграют…» и называет песню. Любую песню, какая ему нравится. И ты должен сразу играть. Без подготовки, без репетиции. Кстати, на этой фотографии, с которой начался разговор, мы собираемся ехать на Ямницкий на цыганскую свадьбу.

– Каким образом в ваш состав попал Саша Лущенков?

– Борис Заставнюк по каким-то причинам не смог прийти, и нам пришлось срочно искать нового барабанщика. Саша Лущенков подходил как никто другой, он же был просто суперский музыкант. Сразу влился в состав. С этими свадьбами чего только у нас не происходило! Генсеки умирают, в стране траур, а у нас свадьба. Администратор просит: «Вы там только звук немного приглушите и играйте». Мы и играли.

Вокалирует Виктор Белик. Могилев, конец 1980-х годов.
Вокалирует Виктор Белик. Могилев, конец 1980-х годов.

– Хотелось бы услышать твою характеристику товарищей по ансамблю.

– Витя Белик – это трудяга. Во всех отношениях. Готов был петь и играть без отдыха и перерывов. Если по каким-то причинам отсутствовал Левченко, брал его бас-гитару и играл. Без вопросов! Игорь Левченко – добродушный, мягкий, отзывчивый. Сам писал песни. И слова, и музыку. Последние годы жил в своем доме где-то за Тишовкой… Саша Лущенков – это постоянная активность, моторика. И высочайшее мастерство барабанщика. С ним всегда все можно было обсудить. Жаль, что их уже нет с нами...

Прощание с Александром Лущенковым. Могилев, городской ЦКиД, февраль 2022 года.
Прощание с Александром Лущенковым. Могилев, городской ЦКиД, февраль 2022 года.

Продолжение следует.