Читатель – об ушедшем из жизни могилевском поэте: «В иные времена его произведения изучали бы в школе»

664
Читатель Александр МАЗУРЕНКО. Фото из архива Евгения Буловы
Наш читатель Александр Мазуренко откликнулся на публикацию «Один из самых эксцентричных поэтов Могилева мог прямо в баре написать и тут же спеть песню собственного сочинения». В материале шла речь о недавно ушедшем в мир иной могилевском поэте Александре Филипченко. Предлагаем вашему вниманию присланное читателем письмо в редакцию.

«В свое время мне довелось общаться Александром Филипченко. К сожалению, общение было эпизодическим, редким. Его стихов я в то время не читал. Но вот когда куранты его жизненных часов отбили «полтинник», поэт смог выпустить сборник своих стихов. Тогда (как, впрочем, и теперь) это было непросто, потому что автор все должен издавать за свои средства. Назывался сборник «Отказ от роли», подзаголовок – «Стихи лирического волка».

Александр Филипченко (слева) со своим старым товарищем Александром Образцовым. Могилев, конец 1980-х
Александр Филипченко (слева) со своим старым товарищем Александром Образцовым. Могилев, конец 1980-х

Я был поражен степенью мастерства Александра и поневоле задумался над тем, как несправедлива наша жизнь. В иные, более благодатные для творчества времена, такого поэта все знали бы при жизни, его произведения изучали бы в школе. А здесь... никому не известный автор.

Так же никому неизвестным он ушел из жизни. О его смерти я узнал не из каких-то больших газет и журналов, не из таблоидов, а из случайно увиденной статьи в нашей «Вечерке». Автор, Евгений Булова, не пожалел ярких красок, рассказывая о поэте. Потом в продолжение темы в рубрике «Чтобы помнили» последовало новое повествование о Филипченко того же автора. И мне захотелось добавить к красочному портрету еще пару строк, может быть, у других появится интерес к творчеству Александра Филипченко, и они испытают те же чувства, что и я.

Александр Филипченко. Могилев, середина 1980-х
Александр Филипченко. Могилев, середина 1980-х

Простой могилевский паренек Александр с годами приобрел богатый жизненный опыт, многое испытал на себе. После школы пошел учеником слесаря на завод, затем учился в музыкальном училище, изучал русский язык и литературу в пединституте. Под стать разносторонним интересам и его профессии, по которым он работал: электрик, машинист компрессорной установки, стропальщик, бетонщик, артист филармонии, музыкант в чехословацком цирке, учитель литературы и языка в школе, научный сотрудник художественного музея, инженер по снабжению, сторож и т.д.

Александр Филипченко. Могилев, 1990-е
Александр Филипченко. Могилев, 1990-е

Стихи Александра Филипченко покорили меня прежде всего необычными сравнениями, аллегориями. Чтобы так писать, надо необычно мыслить. Рифмовать строки умеют многие, но быть поэтом дано далеко не всем. Нужно быть поэтом, чтобы написать:

Ты знаешь, что это такое,

Когда заря свивает строчки.

Взамен тяжелых мутных снов

Стихи летят – что мотылечки,

То стая обалдевших сов…

Но главное – он очень тонко чувствовал биение жизни, метко улавливая все нюансы. Может быть, потому что через многое прошел сам. Распадающиеся семьи, разводы сейчас – обычное дело, но ведь по сути это трагедии:

Был суд. Развод. Мосты разводят,

Но чтобы вновь соединить.

А люди от себя уходят.

Чтоб самых близких осудить.

Но… слово горькое – «чужой»

Застряло в сердце навсегда.

Их сын со взрослою бедой,

Наполовину сиротой,

Покинет здание суда.

Александр Филипченко. Могилев, 2019 год
Александр Филипченко. Могилев, 2019 год

Поэт мог в простой жизненной ситуации увидеть серьёзную проблему. Вот он повествует о выставке собак, но как здесь не задуматься о людях, простых, беспородных?! Да и о собаках задуматься тоже не грех:

На каждой из собачек

Висит породы знак.

Но я люблю бродячих,

Непризнанных собак,

Лишенных в жизни крова,

Признания и ласк.

Но, нищие по крови,

Как любят они вас.

У Александра было хорошее чувство юмора, к жизни он старался относиться легко. Нередко оригинальные шутки-прибаутки выдавал в мини-стихах:

Ни чины, ни ранги

Не хранят от пьянки.

Раз для дружбы выпить нужно –

Это пьянство, а не дружба.

На тебе сошелся клином белый свет…

Будь ты проклят, платный туалет.

На каждую дуру найдется свой гуру.

Немало в его творчестве стихов-рассуждений о нашем обществе, о людях:

Есть грамотные выскочки, которых

История не учит ничему.

Такие в мирный дом подбросят порох,

Голодным – яд, а сытому – суму.

И что винить заморских супостатов,

Они, мол, развалили нам страну!

У нас своих и скифов и сарматов

Хватает на Столетнюю войну.

Ну и через все творчество проходит тема, которая в нашем обществе задела многих – пьянство и алкоголизм:

И сдружился крепко я с бутылкой…

И среди высоких грязных стен

Пил вино, закусывая килькой,

И бывал насмешлив и блажен.

Поменять таким, как я, места бы,

Но привычней места, вроде, нет:

Жуй и пей, не зная про масштабы

Наших будней, праздников и бед!

Александр Филипченко (второй слева) в кругу друзей. Могилев, 1990-е
Александр Филипченко (второй слева) в кругу друзей. Могилев, 1990-е

И необыкновенно проникновенной в этой теме звучит поэма «Крах интеллигента». Поэт быстро переходит к сути повествования:

Я смотрю на семейное фото.

Папа, мама, мальчишка-бутуз.

И от жалости плакать охота:

Как бутуз этот нынче обрюзг.

Кто подумал бы, что у Сережи

От родительских нежных забот

Будет красная потная рожа

И опухший от пива живот.

Далее следует повествование о жизни человека, катящегося в пропасть, которое заканчивается закономерно:

Туманно утро, страшен вечер.

Где ты, убогий человече?

Скажи, какой чердак, подвал

Тебе ночлег свой даровал?

Ба, вот он, здесь, в чужом подъезде,

К трубе прижался.

Как к невесте, он распахнул свои объятья.

Но сны ему уже не снятся.

Под батареей парового отопления

Лежит больная совесть поколения.

И морда медного оттенка

Сливается с кирпичной стенкой.

Александр легко мыслил, легко писал, хотел легко жить, но не всегда получалось. И даже мысль о закономерном финале каждого, уходе в мир иной, у него порой звучала с юмором:

Ах, лунный свет, холодный зыбкий свет,

Ты все покрыл сомненьями и ложью…

Жизнь для меня, как пачка сигарет,

Вот докурю проклятую и брошу!

Черно-белое фото Александра Филипченко времен его институтской молодости 1970-х годов на полке в квартире одного из друзей. Могилев, 2021 год
Черно-белое фото Александра Филипченко времен его институтской молодости 1970-х годов на полке в квартире одного из друзей. Могилев, 2021 год

Я не говорил с ним о жизни и смерти, не знал его отношения к потустороннему миру. Но мне хотелось бы, чтобы все талантливые “вещи” (картины художников, музыкальные произведения, произведения любого другого искусства) не пропадали даром, не оставались неизвестными. Очевидно, так рассуждал и Филипченко, считая, что творческие люди должны покоиться в ином измерении:

Ты копишь жалкие рубли,

А я слагаю рубаи!

Ты ляжешь в грунт, сырой и тленный,

А я уйду в простор Вселенной…

Кто знает, а вдруг он был действительно прав.