Однажды в Могилеве. «У нас были лавочки на Первомайской»: от посиделок возле кинотеатра «Чырвоная Зорка» – до судеб могилевчан

2139
Евгений БУЛОВА. Фото из архива автора
Прежде чем покинуть наш бренный мир, один весьма неординарный и творчески одаренный джентльмен, мой хороший товарищ Коля Клеш, произнес фразу, которая, на его взгляд, отражала роль лавочек возле кинотеатра «Чырвоная Зорка» в жизни могилевской молодежи второй половины двадцатого века.

Сказал и примерно через месяц преставился. Суть сказанного примерно такова: лавочки возле «Зоркі» – это чей-то промысел свыше. Будь у главного создателя Могилева триста вариантов расположения скамеек, лучшего места он бы не нашел. Только там, рядом с кинотеатром, напротив ресторана.

Лавочки на все времена. Рисунок автора
Лавочки на все времена. Рисунок автора

От лавочек – до импровизированной радиостанции

По субботам мы начали публиковать материалы, чтение которых, надеемся, разнообразит ваш досуг. Цикл назвали «Однажды в Могилеве», потому что рассказываем о реальных событиях, в разное время произошедших в нашем городе.

Я тогда согласно кивал головой в такт этим словам, хотя знал, что все не так. Ну, пусть, думаю, человек останется при своем мнении. Я знал, а он чувствовал. И он, наверное, все-таки был прав. Ведь если бы не это место в Могилеве, то Алик не влюбился бы в Светку; Мак не встретил бы Надьку; Пароход не начал бы строчить джинсы, которые просто очаровали его будущую супругу (которую уже и не помню, как зовут); Дерибас не побежал бы на «полгоры» и не лопухнулся аж на десять рублей, что стало причиной его знакомства, кажется, с Людкой; Хак не перепутал бы «Снежинку» с «Пингвином», а Кутуз с Левашом не устроили бы прямо на асфальте импровизированную радиостанцию из четырех настроенных на одну волну приемников «ВЭФ», которая мгновенно обросла многочисленными зеваками и стала поводом череды знакомств, во многих случаях закончившихся свадьбами.

И даже в подъезде всегда хотелось присесть: Филипп исполняет свой очередной музыкальный шедевр, Валик Сектант внимательно слушает... Могилев, первая половина 1970-х
И даже в подъезде всегда хотелось присесть: Филипп исполняет свой очередной музыкальный шедевр, Валик Сектант внимательно слушает... Могилев, первая половина 1970-х

Тот, кто никогда не сидел на лавочках

Кстати, совсем недавно я узнал о том, что в Могилеве все-таки есть один человек, который не сидел на лавочках напротив «Днепра», хотя именно он-то и должен был быть там одним из первых. Ведь этого человека знали практически все молодые люди того времени, он был настоящим кумиром многих. Но на лавочках не сидел!

А вот Наташа со Светой пристроились на лавочке возле ныне снесенного домика по улице Садовой. Могилев, вторая половина 1970-х
А вот Наташа со Светой пристроились на лавочке возле ныне снесенного домика по улице Садовой. Могилев, вторая половина 1970-х

Как вы думаете, кто это? Никогда не догадаетесь. Это Александр Шабалин, создатель и бессменный руководитель «Романтиков»! Буквально несколько дней назад я позвонил ему, мы поговорили о том, о сем, с моей подачи вспомнили про лавочки, а он вдруг говорит: «Ты знаешь, а я ведь на лавочках так никогда и не сидел. Все было некогда».

Признаюсь, я малость оторопел. Попытался представить себе лавочки без Шабалина и … У меня получилось! Я ведь действительно никогда не видел его там.

«Я все своими «Романтиками» занимался, – продолжал Шабалин. – После танцев в парке мы возвращались уже поздно. А в остальные дни репетировали в ДК Куйбышева, оттуда вообще могли только часов в 4-5 утра домой прийти. Какие там на Куйбышева лавочки, одни бандюганы! Тогда не сидел, но зато теперь вот сиднем сижу. Не на лавочках, а в кресле. Наверстываю, так сказать, упущенное».

Александр Шабалин (справа) со своими «Романтиками», вторая половина 1970-х
Александр Шабалин (справа) со своими «Романтиками», вторая половина 1970-х

Да, здоровье сегодня лишает легендарного музыканта возможности совершать какие-либо вылазки из квартиры, но жизнь все-таки продолжается…

Незамысловатые тексты и «налавочная живопись»

«Я не утомил тебя, мой юный друг?» – это я уже апеллирую к современной молодежи, которая, может быть, тоже иногда заглядывает туда, где много букв. – Извини, но рассказать обо всем только с помощью фоток у меня не получается. Да и ты не поймешь. Мне обязательно нужны еще и слова. Хотя ведь я знаю, что все вышеописанное тебя все равно не цепляет так, как твоих родителей, а также бабушек и уже дедушек.

У них была своя любовь, у тебя – твоя. У нас были лавочки на Первомайской, у тебя – может быть, Звездочет на Ленинской.

В ногах правды нет? Образцов, Филипченко, Кружкин, Малашенко. Могилев, середина 1970-х
В ногах правды нет? Образцов, Филипченко, Кружкин, Малашенко. Могилев, середина 1970-х

Конечно, разные люди на тех лавочках сидели. Но поверь, это оказался тот редкий случай, когда там никто ничего не отсидел. Конечно, на лавочках писали тексты. Незамысловатые. Далеко не всегда о любви. Не только пристойные. «Писали» обычно ножиком или даже гвоздем по дереву. Реже – шариковой ручкой. Одним словом, «наскальная» или скорее «налавочная живопись».

Саша Образцов, с почтением разувшись и повесив туфли на свой посох, внимательно изучает текст недавно появившегося транспоранта. Могилев, улица Челюскинцев, первая
Саша Образцов, с почтением разувшись и повесив туфли на свой посох, внимательно изучает текст недавно появившегося транспоранта. Могилев, улица Челюскинцев, первая половина 1970-х
Кстати, к ее находке привел ну очень необычный случай, произошедший летом 2014 года в Печерском лесопарке. Но об этом – в следующей публикации.

До сегодняшних дней, думаю, ни одной лавочки в первозданном виде не сохранилось. Хотя, кто его знает… Ваш покорный слуга нашел две. Одна находится в частном подворье в районе железнодорожного вокзала. Правда, видел и сидел я на ней лет 8 назад, не знаю, дожила ли она до сегодняшних дней.

Читайте также: